Тел: +7 (916) 225 0962                   E-mail: o.artvladimirov@yandex.ru

О евангельском совершенстве

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь.

Посмотрев со вниманием на Своих учеников, Спаситель произнес слова, которые у каждого христианина написаны на сердце: Человекам это невозможно, Богу же все возможно (Мф. 19, 26). Речь здесь идет об исполнении древней заповеди, изреченной в Ветхом Завете и вновь провозглашенной Христом: Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный (Мф. 5, 48).

Стремление к Богу заложено в сердце каждого разумного Божьего создания. Человеческая душа не успокоится и не умирится до тех пор, пока не отзовется всеми своими силами на Божественный призыв к совершенству. Человекам это невозможно — Богу все возможно! Всякий, кто желал бы разумно исполнить эту заповедь, прежде всего, исполняется сознанием своей немощи и недостаточности собственных сил, сознанием зависимости от Господа, Который, ожидая нашего произволения и наших трудов, Сам венчает дело успехом, посещая Духом Святым того, кто ищет Своего Создателя.

Обратимся еще раз к беседе Христа Бога с благочестивым юношей, чтобы лучше уразуметь самый путь к совершенству.

 

Спаситель, прежде всего, требует от боголюбивого юноши продажи имения и раздачи выручки нищим, а затем уже последования за Собой. И каждый исполняющий заповеди Божии и желающий составить понятие о совершенстве призван, по слову Божию, отдать свое имение. Однако не все способны, по обстоятельствам своей жизни, отрешиться от имущества, да и не для всякого это необходимо.

 

Подумаем, братья и сестры, о том злом имении, которое служит человеку в погибель и именуется смертными грехами, совершенно разлучающими нас с Богом. Прежде всего, отдадим нищим, не имеющим никаких добродетелей, — падшим духам — наши грехи. В таинстве покаяния открывая Спасителю кровоточащие язвы своего сердца, получим отпущение всех согрешений, которые препятствуют нам следовать за Господом. И это будет первой ступенью к евангельскому совершенству. Примирившись с Господом посредством таинства покаяния, исправления своей жизни, мы можем, если захотим, отрешиться и от внешнего имения, как это делают монашествующие, пред лицем Господа принося обеты всегдашнего нестяжания. Зачем они это делают? Для того, чтобы с большим удобством познавать самих себя, для того, чтобы ничто не обременяло их в этой временной жизни, не препятствовало им изучать собственную душу, чтобы принести ее на жертвенник угождения Богу.

 

Не только монашествующие, но и живущие в миру призываются царем и пророком Давидом пользоваться имением, как бы не пользуясь им: Богатство аще течет, не прилагайте сердца (Пс. 61, 11). Это сказано тем благочестивым христианам, которые понимают, что дарованное им земное достояние есть нечто временное, нечто несущественное, нечто непостоянное, то, что необходимо употребить и распределить во славу Господа, ради спасения души. Примечательно, что в древних монастырях преподобного Пахомия Великого, под началом которого спасались и духовно обогащались тысячи монашествующих, было правило: никто из братий и сестер (а он управлял и мужскими, и женскими монастырями) никогда не употреблял притяжательных местоимений “мой”, “моя”, “мое”. За употребление этих слов даже полагалась особенная епитимия, ибо в этом братстве действительно все отрекались не только от оставленных в миру имений, но и не хотели никакой вещи, находящейся в личном употреблении, называть своей, охотно уступая ее другому, всему предпочитая пользу ближнего. Святой Антоний Великий говорил: «Какое неразумие, братие, оставив целый мир, всю вселенную с ее несметными богатствами ради совершенства о Христе Иисусе Господе нашем, терять мир душевный и серчать на ближнего, посягающаго на какую-либо малую вещицу, остающуюся у нас ради земных целей». Неразумно поступает тот, кто оставляет мир, однако умом  остается привязанным к безделицам, ради которых теряет понимание о том, что есть евангельское совершенство. Но, может быть, мы найдем сегодня в монастыре или в миру такого разумного человека, который действительно все вверил Богу, всем готов поделиться, ради пользы ближнего, который живет по мудрому изречению благочестивого древнего грузинского поэта Шота Руставели: «Что ты спрятал — то пропало, что ты отдал, то твое»?..

 

Заглядывает человек внутрь своего сердца — и обретает там еще некое имение, от которого также ищущим евангельского совершенства необходимо отрешиться. Люди, живущие в городах, не всегда даже понимают, о чем здесь идет речь. Монахи, по своему положению, обязаны отрешаться от имения душевных страстей, заполоняющих и пленяющих человеческое сердце. Мнительность, зависть, недоброжелательство, раздражительность, тайная нечистота мыслей, жадность, неблагородство, склонность к пересудам  — и не перечислить всех злых приобретений, которые препятствуют человеку приблизиться ко Господу Иисусу Христу. И это подобает раздать тем же лукавым духам, от которых и происходит все упомянутое. Здесь одной исповедью не обойдешься. Необходим непрестанный душевный труд, постоянное внимание к себе, трезвение, отсечение похотений и пристрастий, внутренне покаяние, которому учит святой праведный Иоанн Кронштадтский, говоря: «Порази змия во главу, блюди ум свой, отсекай приразившуюся к твоему сознанию греховную мысль».

О мыслях разговор особый, потому что в нас непрестанно совершается круговерть помыслов. Мы мучаемся от избытка воспоминаний о прошлом, мечтаний о будушем, помыслов о настоящем. И это тоже имение, заграждающее нам путь к евангельскому совершенству.

 

Относительно прошлого поступим так: будем помнить лишь благодеяния Божии, излитые на наше недостоинство, и, воспоминая прожитое, возбуждать в себе мысль о благодарении Христа. Из прошлого будем помнить, что мы, великие грешники, слабые и немощные, претыкающиеся о первое встречающиеся препятствие. Но если согрешения исповеданы — не будем подробно их воспоминать, дабы враг, приразившись, не уязвил нас никакой нечистотой.

 

Что касается будущего, упраздним поминутно возникающие мечтания, всецело вверив себя непостижимому Промыслу Божию. Что мы знаем из нашего будущего, кроме одного: нам надлежит разрешиться от тела и явиться на Страшное Судище Христово. Поэтому не ошибается тот, кто говорит себе: «Со мною будет так, как того хочет Бог. Да будет со мною святая воля Его!»

 

Забота о настоящем, тревоги, страхи, опасения будут мучить нас до тех пор, пока мы не отразим их призыванием имени Господа Иисуса Христа, пока не разобьем этих «вавилонских младенцев» о камень внутреннего тайного поучения и припадания ко Господу нашему (см: Пс. 136, 9).

 

Если мы уразумеем, о чем здесь идет речь, то взойдем на новую ступень, ведущую к евангельскому совершенству. Встав на эту ступень и осмотревшись, мы поймем, что вложенное в нас Господом богатство (у одного — молодость, у другого — здоровье и телесная крепость, у третьего — сила сообразительности, у четвертого — дар слова, у пятого — способность понимать и принимать к сердцу нужды ближнего, у шестого — еще нечто иное) нам тоже должно раздать. От всего нам необходимо отказаться, если мы стремимся к почести вышнего звания (Фил. 3, 14), к единению со Спасителем.

 

Но как можно отказаться от того, что вложено в нас Творцом? Конечно, расточить и раздать убогим, конечно же, почесть собственниками наших естественных душевных талантов не самих себя, но ближних, которые окружают нас; уразуметь, что все мы нужны друг другу и  в каждого Бог вложил нечто особенное, дабы совершалась во славу Его имени таинственное перераспределение любви. Немощный пусть пользуется услугами здорового, неведующий обогащается чужими знаниями, благородный поддерживает склонного к унынию. И таким образом в каждом и через каждого прославится Христос Спаситель. Если справимся и с этой задачей, тогда действительно обнищаем, как этого хочет Христос, — и воспламенится в нас великая жажда служения Господу, желание принадлежать Ему единому; появится у нас некая сила, именуемая целеустремленностью, собирающая воедино все силы духа, души и тела и увлекающая нас за Христом. Об этом говорит святой апостол Павел: … стремлюсь, не достигну ли и я, как достиг меня Христос Иисус.., забывая заднее и простираясь вперед (Фил. 3, 12-13).

 

В чем же состоит, братья и сестры, евангельское совершенство, единственно доставляющее сердцу мир, покой, отраду, счастье и блаженство? Об это нам нужно было бы помолчать, ибо мы еще, может быть, не достигли положения юноши, который исполнял первейшие заповеди. Однако, по указанию Святых Отцов, ради большего нашего смирения укажем на основные черты евангельского совершенства.

 

Человек, стремящийся к совершенству не в мечтах, но в самой жизни, всегда молится. Молитва для него не обязанность, не долг, но главная жизненная потребность. Молитва для него так же драгоценна, как дыхание, пища и питие, воздух и свет. Стремящийся к совершенству, почитает себя  низшим существом, как в отношении ангелов Божиих  (что весьма не трудно), так и в отношении человеков (что несколько труднее), и даже в отношении бессловесных и падших духов. Ниже всякого творения Божия видит себя тот, кто уязвлен стремлением к совершенству, ибо свои внутренние согрешения он почитает бревнами, а внешние согрешения ближних — малыми сучками (см: Мф. 7, 3). Божий человек видит всех вокруг себя хорошими, добрыми, светлыми. В каждом он видит проявление благости Божией, к каждому относится с благоговением, не различая или, лучше сказать, не стремясь различать между правым и виноватым, грешным и праведным. Так, некий подвижник благочестия, встречаясь с ближним, всегда про себя повторял молитву: «Пречистому образу Твоему поклоняемся, Христе…».

 

Идущий путем совершенства приносит в жертву Господу намерения сердца своего, закалает себя на жертвеннике богоугождения, душой и телом принадлежит Иисусу, являясь, по произволению, бескровным мучеником. Приближающийся к совершенству, видя несовершенства, грехи, страсти, искажающие лица, пленяющие сердца ближних, скорбит и «подвигается утробою», по слову святителя Василия Великого; внутренне плачет, ибо сострадает, сочувствует и молится об освобождении брата от погибельной сети. Слыша имена Иисуса Христа или Пречистой Девы Марии, стремящийся к совершенству возгорается духом  — и Дух Божий умягчает и просветляет его сердце.  Так в преклонных годах прикровенно говорил о себе митрополит Вениамин (Федченков), ревностный почитатель добродетелей отца Иоанна Кронштадтского.

 

Стремящийся к совершенству, молясь в храме, совершенно забывает мир и все, что в мире. Он беседует един с единым Богом, а его внимание, все чаще и чаще проникая сквозь вещественное, останавливается на невидимом, неописуемом, бесконечном, всеблагом и всеправедном Боге, Который, обымая душу, таинственно ее животворит, освящает, приемля в свои Отчии объятия.

 

Итак, путь указан, дорога проложена. Сам Христос прошел этим путем, новым и живым, а мы с благодарностью к Искупителю, отвечая на Его Божественную любовь, мало-помалу будем двигаться вперед, без скорби, без туги сердечной, как это было у евангельского юноши, но с радостью, освобождаясь от имения, злого или доброго, во славу Господа, ради исполнения заповеди: Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный (Мф. 5, 48). Аминь.

 

26.08.01.

 

Пюхтица

 

 

 

Материалы подготовлены сотрудниками архива

 

P.S. Обращаем ваше внимание, что размещаемые в этой рубрике материалы ещё не были опубликованы автором, поэтому их нельзя использовать для издания. Авторские права защищены. При использовании их в интернет-пространстве необходимо давать ссылки на первоисточник – корректный перепост и на сайт протоиерея Артемия Владимирова